Название "Снег на траве" никакого отношения к фенологии не имеет, если, конечно, явление природы не приравнивать к явлению искусства или наоборот. "Снег на траве" - летучая метафора. Деревья и трава ещё зелёные, а ты ждёшь снега с небес. Чаще всего в середине октября, а иногда и раньше, снег засыпает двор, деревья, ложится лёгким слоем на траву, и ты на лыжах пересекаешь снежную поляну от крыльца до ворот и обратно, оставляя в снегу чёрные борозды. Снег налипает на лыжи, и ты приволакиваешься к дому на двух брёвнах. Оглядываешь двор - деревья зеленеют сквозь снег, но выходит жаркое солнце, снег улетучивается, стекает водой по тополёвой листве, оставляя пряный запах зелени. Снег на траве - что может быть более противоположное. Но на разводке явлений и их касании, отражённых твоим воображением, бьёт разряд. Тебе хочется зарыться сквозь снег в зелень и вдыхать свежесть листвы... и чтобы ледяные капли - тебе за шиворот. Искусство - это мгновенность мирочувствия; в этот момент исчезает материальная последовательность времени, прилежная упорядоченность. Ты словно удаляешь куски времени, соединяя несоединимое. Вот почему название книги "Снег на траве".

Подобная литература не содержит приманок нашего времени, она не успокоительное лекарство, она не обещает, не обнадёживает, в ней нет никаких правил, способных обеспечить чью-то творческую судьбу. Она не комфортна. Она не искусствоведческая в привычном смысле.

Книга "Снег на траве" составлена из лекций по искусству мультипликации, прочитанных в разное время в Москве, на Высших курсах сценаристов и режиссёров, и в Японии, в Токио на занятиях по мультипликации. В книге большое количество рабочих эскизов, рисунков, связанных с работой над фильмами и подробный разговор о шедеврах мирового искусства (Гойя, Дали, Веласкез, малые голландцы, Микеланджело, Федотов, Соломаткин и многие другие). Эта книга - всего лишь попытка снять с мультипликации ошейник, чтобы она перестала быть комнатной болонкой игрового кино или других не менее важных искусств. Эта книга - желание доказать, что мультипликация связана с общей культурой и имеет исторический контекст с феноменом искусства.

Юрий Норштейн